aanechaev (aanechaev) wrote,
aanechaev
aanechaev

Мое выступление на съезде АРБ по некоторым проблемам банковской системы

Коллеги! Я действительно, не долго. Гарегин Ашотович попросил, зная мою особую любовь к банковскому надзору, чтобы я перед Алексеем Юрьевичем Симановским на разогреве выступил. Я уж так, совсем крупными мазками. Первое, я, безусловно, присоединяюсь ко всем тем тезисам, которые здесь прозвучали относительного того, что политика искусственного выдавливания с рынков малых и средних банков глубоко порочна. Не буду повторять аргументацию, но минувшие кризисы показали, что как раз именно эти банки обеспечивают, как это не странно устойчивость банковской системы страны, потому что всем крупным банкам пришлось помогать. А некоторые были практически в состоянии реального банкротства. И только активное вмешательство государства и выданные сотни миллиардов рублей помогли этим банкам остаться на плаву. Поэтому весь наш короткий, но очень активный банковский опыт показывает, что мелкие и средние банки, они гораздо устойчивее.
Теперь буквально 2 слова по поводу абсолютно понятной озабоченности Центрального Банка состоянием активов коммерческих банков. Мне кажется, эта озабоченность иногда принимает, я бы сказал, чрезмерно мелочные, и не всегда понятные формы. Речь, конечно в первую очередь о новациях, связанных с расчетом достаточности капитала и созданием резервов под кредиты и под некоторые другие виды активов. В первую очередь, речь идет о повышающих коэффициентах для некоторых видов активов, которые предлагается использовать при расчете достаточности капитала. Мы вчера на совете ассоциации отмечали, и сегодня это отмечалось, что, слава богу, Центральный Банк внял некоторым нашим мольбам, и небольшой шаг назад в этом плане сделал. Однако мне, совершенно не понятно, почему, например, для так называемых стратегических предприятий, повышающий коэффициент можно не применять, а для остальных нужно. Они ведь «стратегические» не потому, что они финансово устойчивые, а потому что наша власть считает, что в этих предприятиях, например, не место иностранному капиталу. Или они как-то поддерживают обороноспособность страны. Но риски их кредитования может даже наоборот больше, чем риски кредитования каких-то более нейтральных и менее политизированных заемщиков. Но для этих предприятий Центробанк сделал исключение, а оно не очень логично.
Я в сложном положении. С одной стороны, спасибо, что сделали хотя бы это. Но, с другой - не понятно, почему именно для таких предприятий и именно такое послабление? Другой пример - длительная тяжба, которую вела ассоциация по поводу недвижимости банков. Один вопрос - какие резервы под нее нужно создавать, в частности, под недвижимость, которая не используется в основной деятельности. Второй вопрос - опять, предлагается использовать повышающий коэффициент при расчете достаточности капитала, в том числе для недвижимости, сдаваемой в аренду. Почему? Какие здесь риски, особенно, если она переоценивается каждый год по рыночной стоимости и при этом еще приносит текущий доход.
Аналогичная история с ценными бумагами. Есть такая шутка - 2 мужа или 2 жены назад. Так, я еще 2 съезда назад я говорил о том, что мне кажется абсолютно нелогичной позиция Центрального Банка по поводу кредитования под залог ценных бумаг или денежных средств, находящихся у банка в доверительном управлении или в рамках брокерского обслуживания клиентов, при условии, что эти активы не «замораживаются». При этом клиент подписывает необходимые документы, лишающие его права отозвать деньги или бумаги до погашения кредита и дающие возможность их безакцептного списания банком. Нет, Центробанк не признает это обеспечением. Вот, если гарантийный депозит, то пожалуйста, хотя по сути разницы никакой. Здесь ничего не изменилось, хотя тогда после моего выступления Сергей Михайлович говорил, мы разберемся, мы подумаем. Ну, пока еще думают.
Более того, теперь ситуация усугубляется. В случае кредитования на покупку ценных бумаг используется этот самый повышающий коэффициент, что, на мой взгляд, лишено логики. Да, применяется этот коэффициент не по всем ссудам, а по ссудам, которые там попадают в третью категорию или ниже. Однако мы же с вами понимаем, что критерии оценки ссуд достаточно формализованы, и по формализованным критериям в категорию сомнительных ссуд, может попасть кредит кампании, которая, например, имела на протяжении какого-то времени убытки. Но мы-то их кредитуем под ценные бумаги, которые с дисконтом перейдут в залог и обеспечат или весь вредит или, по крайней мере, значительную его часть. Почему для этого актива надо использовать повышенный в полтора раза коэффициент при расчете Н-1? Какая-то логика, наверно за этим есть, но мой скромный ум и долгий банковский опыт пока не позволили мне самостоятельно эти аргументы найти. А от руководителей и экспертов Центрального Банка тоже как-то их слышать не доводилось.
И последнее, потому что я говорил об этом на нескольких съездах, на разных банковских конференциях. Речь об удивительной настойчивости Центрального Банка в попытках превратить банк из финансового учреждения, кредитной организации в некий активный, я бы сказал агрессивный филиал УБЭПа, налоговой инспекции, ФСБ и еще целого ряда органов. Вы все с этим сталкиваетесь, что читая запросы, которые мы получаем, просто хочется смеяться и плакать одновременно. Про счета-фактуры клиентов, про договоры аренды, про выплату заработной платы, про соотношение налогов и оборотов и т.д. и т.п. Всю эту информацию Центральный банк требует собирать с наших клиентов. Почему мы должны это делать, я не понимаю. Наша задача обслужить клиента, не допустить задержек платежей, выдать кредит, который бы не был рискованным. А если есть подозрение, что эти клиенты что-то где-то нарушают, так есть же специальные органы, которые этим занимаются. Почему банк-то? Совершенно не понятно. Мы много раз с вами ставили вопрос, который на этот раз в резолюции отсутствует, и мне кажется, напрасно, потому что если мы будем долбить, долбить этот камень, то рано или поздно он треснет. Речь об общении банков с разными государственными органами. Так, мы сравнительно небольшой банк, получаем бесчисленное количество предписаний - дать информацию по клиенту, сообщить о каких-то счетах, сообщить о таком-то движении средств, что-то арестовать и т.д. Судебные приставы, правоохранительные органы, налоговая инспекция, кто только не присылает запросы. Надо просто понимать, что банковский бизнес сейчас один из самых низкодоходных. Ныне не конец 80-х и не начало 90-х, когда у банков были высочайшие прибыли и огромная рентабельность.
Гарегин Ашотович показывал цифры, которые очень убедительно выглядят. Активы, которые приходятся на одного банковского работника в России и в других странах, отличаются на порядки, в том числе потому, что мы вынуждены содержать огромное количество людей, которые не заняты банковскими операциями. Они заняты, в частности, писанием бесчисленных отчетов, справок, ответов на запросы. Позиция Центрального банка здесь двуличная. Скажем, в случае с недвижимостью, один из аргументов, который я слышал от Центрального Банка, что сдача недвижимости в аренду это небанковская деятельность, а нечто близкое к торговой или производственной деятельности. Она не запрещена, но мы на нее косо смотрим. На практике часто банк в одном месте сдает помещения в аренду, а в другом арендует сам. Совершенно нормальная деловая ситуация. Хорошо, эта деятельность не банковская в узком смысле и потому Центробанку не нравится. А деятельность по писанию бесчисленного количества бумаг для любопытствующих органов? Она банковская? Ну, пусть бесконечные контролеры за это хотя бы по себестоимости заплатят. Мы даже НДС с таких доходов уплатим, как с результатов небанковских операций. Приходится ведь огромный штат специалистов содержать, которые не занимаются банковскими операциями. Они занимаются контролем клиентов, внутренним контролем, борьбой с отмыванием преступных доходов, подготовкой и отправкой сведений, арестом счетов, потом разблокированием счетов и т.д. Заниматься кредитованием, привлечением клиентов и вкладов, это просто уже почти роскошь. Потому что за это никто не бьет, а вот если ты, не дай бог, в Росфинмониторинг на 2 часа опоздаешь с сообщением, это вы знаете, чем заканчивается. Я не к тому, что сейчас надо переписывать резолюцию, но Гарегин Ашотович, мне кажется, что собственно вы сами эту идею неоднократно озвучивали. Мне кажется, надо ее продолжать развивать, тем более, что сейчас Дума поменялась. Она чувствует свою неполную легитимность. Возможно, шансы на принятие каких-то осмысленных законодательных решений Думой ради оправдания своего существования окажутся более высокими, чем это было в прошлой Думе, которая выглядела как такой абсолютный монолит.
Ну, и собственно, последнее. Я искренне рад, что наши опасения относительно того, что повышение минимального капитала банка приведут к тому, что публика в зале съезда сократится на треть, слава богу, не оправдались. Я вам искренне желаю, чтобы все те беды, о которых мы здесь говорили, доставляли просто мелкие хлопоты и неприятности, а не привели к тому, что вы плюнете на этот низкодоходный, тяжелый, неблагодарный, всеми ругаемый, 16-тью ведомствами регулируемый банковский бизнес. Спасибо.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments